русский     english

поиск по сайту:  
Сегодня 23 октября 2017 г. понедельник
Написать письмоКарта сайтаНа главную
О нас Фотогалерея Обратная связь Контакты
 


belarus

vietnam

moldova

Архив | Нижегородская деловая газета | "Нижегородская деловая газета" № 1 (84) 09.02.2009 |


Автопром накрыло основательно

6.7KbКризис – явление временное, оптимистично утверждает генеральный директор Нижегородской ассоциации промышленников и предпринимателей В.Н. Цыбанев. По его мнению региональная промышленность имеет все шансы пройти кризис с минимальными потерями и затем быстро восстановить свои позиции на рынке.

– Валерий Николаевич, начало нового года, наверное, уже позволяет давать оценки тому, как наши промышленники вошли в кризис? Кому досталось больше всего, кто оказался наиболее защищен от экономического спада?

– Предприятия за минувшие годы привыкли работать в достаточно хороших условиях, когда банковские кредиты выдавались под небольшие проценты. И руководители предприятий области, понимая, что надо решать вопросы модернизации и переоборудования своих производств, взяли достаточно много кредитных средств именно на модернизацию. И это нормальные процессы для экономики, работающей в нормальном режиме. Но тут неожиданно случился этот провал и в мире, и в стране...

– Вы считаете, что для всех это было неожиданно?

– Совершенно неожиданно и абсолютно для всех. Планы промышленности были расписаны с учетом тех реалий, которые сложились на начало 2008 года. Правила игры были известны. За исключением роста цен на сырьевые и энергетические ресурсы они были достаточно благоприятны для промышленности, но и рост тарифов был расписан и прогнозируем. При этом о необоснованно высоком росте цен на сырьевые и энергоресурсы мы говорили и писали письма российскому правительству, которое в итоге смягчило эту тенденцию. То есть, до этого провала шла обычная работа, наша ассоциация лоббировала интересы нижегородских промышленников, руководители предприятий планировали рост производства и возврат кредитных средств банкам. И вот в сентябре, когда многие банки вдруг оказались неплатеже­способны, и у предприятий начали зависать в банках деньги, промышленность попала в весьма сложное положение. Резко сократились рынки сбыта, особенно у тех предприятий, которые работают исключительно на рынок, производят товары народного потребления. У нас в Нижегородской области в первую очередь это сказалось на автопредприятиях, на ГАЗе и Павловском автозаводе, на всех тех производствах, которые поставляли им свою продукцию. Автопром накрыло основательно. Но я хочу отдать должное действиям менеджмента наших автозаводов, которые очень быстро среагировали на ситуацию, быстро сообразили, что надо смотреть на поведение рынка и работать в гибком режиме, ориентируясь прежде всего на спрос и не затоваривать склад. Они начали останавливать производство на короткое время, сокращать рабочую неделю. К примеру, на ВАЗе наоборот начали выжимать все внутренние ресурсы на сборку, и когда в середине декабря они остановили­таки конвейер, у них скопилось более 120 тыс. автомобилей, в то время как лучшая реализация в зимнее время в прошлые годы была на уровне 40 тыс. автомобилей в месяц. Так что нижегородские автопроизводители, как мне кажется, поступили очень правильно. Они разработали план сокращения издержек производства по всем направлениям, в том числе, к сожалению, связанным и с рабочей силой. На автозаводе стали приводить издержки в соответствие с тем объемом спроса, который сформировался, с той частью продукции, которая востребована рынком. Менеджеры автозавода, ранее требовавшие предоплату от своих дилеров, дали им возможность получать продукцию на консигнацию. Автозавод резко ужал оплату тем предприятиям, которые выпускают комплектующие для него, что связано прежде всего с дефицитом средств. Таким образом менеджмент автозавода практически призвал своих смежников разделить риски.6.1Kb

– Тем не менее, это только пятая часть нижегородской промышленности, которая, как известно, стоит не на одном автопроме...

– На трех китах она у нас стоит: автомобилестроении, металлургической промышленности и нефтепереработке. Так вот следующий за автопромом наиболее значимый сектор у нас в регионе – это металлургическая промышленность, на долю которой приходится 17 процентов общего объема производства. И здесь тоже резко сократились рынки сбыта. Производители и транспортировщики нефти и газа, являющиеся основными потребителями продукции Выксунского металлургического завода, доля которого в общем объеме металлургической промышленности региона около 70 процентов, в связи со снижением цен на нефть отложили реализацию ряда российских и международных проектов. То есть, спрос на трубы резко сократился. Упала и мировая цена на металл, и сократились объёмы экспортных поставок. И здесь индекс физических объемов производства, который по итогам года составил чуть более 80 процентов, свидетельствует о значительном снижении объемов производства в 2008 году по сравнению с 2007 годом. Что касается производства нефтепродуктов, доля которого в общем объеме промпроизводства области составляет более 32 процентов, то здесь по итогам 2008 года индекс физического объема производства составил 102,6 процента. Более того, в этом году нижегородские нефтепереработчики завершают полностью реконструкцию предприятий, вводят совершенно новые высокотехнологичные мощности по производству экологичного топлива, что, надо надеяться, позволит нефтяникам успешно справиться с кризисными явлениями в экономике. Надо сказать, что у нас до кризиса практически полностью успели реконструировать своё производство металлурги, заканчивают эти процессы нефтяники, Борский стекольный реконструировался полностью, многие другие заводы расшили свои узкие места в производстве. И это очень важно, можно говорить, что мы вошли в кризис с достаточно обновленной и модернизированной промышленностью. А поскольку любой кризис – явление временное, то мы вполне оптимистично можем говорить о том, что у нас есть достаточно мощный потенциал для роста.

– Еще в середине декабря Владимир Путин говорил о том, что деньги, выделенные банкам, так и не дошли до конкретных предприятий. Изменилось ли что для нижегородских предприятий в январе?

– Нет, ничего не изменилось, промышленность по­прежнему не получает средств. В реальном секторе сегодня банки подняли ставки на 10 пунктов, то есть были средние ставки 16­18 процентов, стали 25­30. Понятно, что по таким ставкам промышленность не имеет возможности брать кредиты.

– А те предприятия, которые попали в особо приоритетные, получили финансирование?

– Список предприятий сформировали, но денег­то так и не дали. Более того, нам дали понять, что не стоит обольщаться: из того, что федеральное правительство назвало конкретные предприятия, нормальное функционирование которых важно для экономики страны, еще не следует, что эти предприятия непременно получат господдержку. Эту оговорку постоянно можно слышать и у Путина, и у Медведева. И если оценивать работу федерального правительства в кризисных условиях, то нельзя не признать, что оно работает очень медленно и бьёт по хвостам. Вот наконец­то внесли изменения в закон, и Центробанк получил право направлять своих комиссаров в банки, которым выделены огромные госсредства для борьбы с кризисом. Но даже тогда, когда только обсуждались эти многомиллиардные вливания в банковскую систему, было понятно, что коммерческие банки нацелены работать на коммерческую выгоду, на получение прибыли. А прибыль можно получить там, где скупка валюты или собственности крупных должников, чьи активы резко обесценились. Вот туда все средства, выделенные коммерческим банкам, и пошли. На мой взгляд, правительственные чиновники не очень адекватно оценивают обстановку с позиции реальности, которая весьма часто далека от теоретических кабинетных посылов. Вот сегодня пошел процесс запугивания работодателей, прокуратуру нацеливают на жесткую работу с руководителями предприятий, которые не выплачивают заработную плату. И мы знаем, что есть статьи, которые предусматривают не только административную, но даже и уголовную ответственность руководителей предприятий за невыплату заработной платы. Но если денег нет, так их нельзя и выплатить.

– То есть прокуратура будет привлекать, сажать директоров заводов, перекладывая проблемы экономики с больной головы на здоровую?

– Мне кажется, это очень вредная тенденция. Мы же знаем, что сегодня подавляющее большинство руководителей в этих сложных условиях, в надежде, что кризис закончится и нужно будет работать и развиваться, стремятся сохранить костяк работников, пусть сократив оплату на треть, пусть в отпуска вынужденные отправив персонал. Теперь, когда над руководителями нависает этот прокурорский меч, они будут вынуждены просто сокращать работников, просто увольнять, оставляя людей без надежды и хоть каких­то, но все­таки заработков. Понятно же, что сокращают не потому, что кто­то не понравился кому­то, а исходя из эффективности работы предприятия, из экономической целесообразности, цепочка которой проста: нет продаж – нет выручки – нет работы. То есть, прокурорское реагирование – это как раз иллюстрация битья по хвостам. А почему бы нам не посмотреть глубже на работу промышленности, почему, к примеру, у нас сегодня тысяча кубометров газа для промышленности стоит почти две тысячи рублей? Я уверен, что в цене этого кубометра очень большие непроизводительные затраты. Почему у нас литр бензина и солярки стоит больше, чем в Европе и Америке? Потому что тут у нас тоже большущая доля непроизводительных затрат в цене. Надо вот эти вещи менять, которые и влияют на экономику прежде всего.

– Вы говорите о том, о чем говорят везде и все. И всем – и промышленникам, и руководителям сельхозпредприятий – понятно: если в промышленной первооснове, то есть в сырьевых и энергоресурсах на внутрироссийском рынке действуют не экономические законы, то вся экономика страны тем самым лишается здорового развития. Об этом и российскому правительству сказали все, от патриота Примакова до проамериканского либерала Илларионова. Вы чувствуете эту стену непонимания правительства?

– Конечно, чувствуем, мы упираемся в эту стену. В условиях кризиса особенно видно, что экономический блок правительства некомпетентен и в оценках ситуации, и в принятии решений, и в приведении рычагов и механизмов влияния на экономику в соответствие со сложившейся ситуацией. Предприятия сразу и совершенно адекватно оценили обстановку, в соответствии с ней как бы сжимаются во всех направлениях, дабы выстоять этот период. А что правительство? Вот мы пишем им письма, обозначая эти животрепещущие проблемы и пути их решения, а в ответ получаем только ссылки на то, что закон не позволяет так делать. Да мы и без них знаем, что есть эти законы. Вот, к примеру, есть 94 закон, который говорит, что все закупки нужно проводить на конкурсах (Федеральный закон от 21.07.2005 N 94­ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд», принят ГД ФС РФ 08.07.2005. Ред.). Но может быть, стоит отложить в условиях кризиса этот закон и дать правительству области право самостоятельно и непосредственно закупать необходимую продукцию у нижегородских предприятий, а не где­то на стороне у «победителей конкурсов», довольно часто нечистоплотных посредников? Почему не изменить законодательство о Центробанке и не разрешить ему, как это было в начале девяностых годов, кредитовать предприятия напрямую под низкий процент? Может, стоит на какое­то время закрыть границы для импорта, как это сделали для автопрома, чтобы в условиях кризиса поддержать отечественного производителя и стимулировать рост внутреннего спроса? Понятно, что это не рыночные меры, но кто сказал, что с кризисом надо бороться только по методам, изложенным в учебниках? Китайцы же это сделали, у них государство стало закупать впрок, в госрезервы продукцию своих производителей, в том числе, металлургов. Государство в первую очередь должно помогать своим производителям, помогать стране выбраться из кризиса с минимальными потерями. Можно государству закупать у своих производителей и металл, и трубы, и квартиры, и зерно, чтобы не посадить спрос на ноль. Но для этого надо пересмотреть какие­то законы, отменить какие­то статьи, может быть, отложить их на время. А в ответ на такие предложения мы получаем от правительство ссылки на то, что закон есть закон. Но если при наличии политической воли поправки в Конституцию относительно сроков президентства удалось принять за считанные дни, почему законотворчеству по экономическим вопросам в условиях кризиса не включить такие же скорости?

– Давайте попробуем вернуться на нижегородскую землю. Есть ли у нас возможности что­то сделать на местном уровне?

– Конечно, есть. И хочу сказать, что в области у нас очень грамотно выстроилась работа по мониторингу ситуации. Координационный совет, в который входит и наша ассоциация, губернатор и правительство в ежедневном режиме оценивают положение дел по банкам, в промышленности. Только по ГАЗу было проведено несколько заседаний, после которых два дня под патронажем губернатора в Москве проходили встречи с самыми крупными банкирами, с тем, чтобы автозавод мог получить финансовую помощь. – Интересно, а что может областная власть сделать для поддержки такой мощной частной структуры, как Группа ГАЗ? Лоббировать в федеральном правительстве интересы автозавода? – Не только лоббирование и не только использование административного ресурса может здесь работать. Прежде всего, наше правительство даёт свои гарантии; банки, финансируя те или иные проекты, поддерживая финансами тот или иной завод, получают гарантии области. И это довольно хорошо работающий экономический и вполне рыночный механизм. Так что способов поддер­жки у областного правительства довольно много. Кроме того, я думаю, что Горьковский автомобильный завод всё­таки получит господдержку, потребительское кредитование также будет восстанавливаться, всё это скажется положительно на результатах работы автозавода. И я уверен, что автомобильная промышленность у нас довольно успешно преодолеет этот кризисный период, автозавод встанет на ноги, а с ним и все смежные производства. Что касается металлургической промышленности, там тоже есть нормальная перспектива, есть уверенность в том, что сырьевые отрасли, несмотря на низкие цены на нефть, вернутся к своим проектам: сырье все равно будет востребовано, потому как без топлива, без газа современное общество не может существовать. Значит, вновь возникнет потребность в трубопроводах, а Выксунский металлургический завод по этой части практически лидер отечественной металлургической промышленности.

– Валерий Николаевич, в начале девяностых годов наиболее чувствительная болевая точка в региональной промышленности оказалась на предприятиях ОПК, оборонка тогда рухнула. Как она переживает кризис сегодня?

– Особых потерь предприятия ОПК не понесли, да и вряд ли понесут, так как гособоронзаказ растет, загрузка у предприятий есть. Возникают текущие проблемы, связанные, к примеру, с тем, что конкурсы по закупкам будут проводиться в феврале, следовательно, в марте­апреле будут открываться линии финансирования и пойдут предоплаты, поэтому здесь возможны некоторые разрывы. Раньше для решения этого вопроса предприятия брали кредиты в конце года, сегодня с кредитами проблемы. Но правительство области, зная эту ситуацию, уже провело работу с каждым предприятием и банком, обслуживающим его, найдены варианты финансирования по щадящим ставкам. Так что здесь мы не ожидаем больших проблем, и предприятия с гособоронзаказом справятся нормально. Надо сказать, что промышленность нашего региона многопланова, экономика достаточно диверсифицирована, что повышает её устойчивость, и это очень важно. В начале девяностых у нас провалилась оборонка, Министерство обороны не финансировало тогда свои предприятия, даже за выполненную работу не платило. Но автозавод наш, успевший к тому времени запустить «Газель», чувствовал себя уверенно на рынке, машины продавались. Многие предприятия тогда выжили вместе с автозаводом, который оказался локомотивом. Сегодня наоборот, оборонка чувствует себя вполне устойчиво и может стать ведущей на пути преодоления кризисных проблем, чем­то помочь автопрому.

– Это Ваш прогноз?

– Сложно делать прогнозы, потому как мы не знаем, что по этому поводу думает правительство страны и, самое главное, будет ли оно делать что­либо для реального сектора экономики. Что такое Горьковский автозавод, или завод «Красное Сормово»? Это всегда было национальное достояние. Возьмите историю: 160 лет сормовскому заводу. За это время он пережил достаточно кризисов экономических и политических. Начали с паровых машин, спрос на которые вскоре упал. Что сделало государство, царская Россия, чтобы помочь частному акционерному обществу? Император подписал указ и гарантировал заводу государственный заказ на 6000 вагонов для растущей железной дороги страны. И во все времена развития истории России, и царской, и Советской, было так: предприятия всегда получали господдержку в трудные времена. И сейчас надо делать так же. У нас же пока государство, строго соблюдая букву закона, отдало 850 миллиардов рублей четырем банкам, и никто не может сказать, куда эти средства делись, ибо в промышленность они до сих пор не пришли. Поэтому прогнозы у нас делать сложно. Тем не менее, я уверен, что никакого краха и катастрофы промышленности не будет. Будет существенный спад, но нижегородские промышленники и его преодолеют: кризисы не бывают бесконечными.

Петр Чурухов

 
Аварийно-спасательный инструмент. Статьи, нормативные документы.
tritment.ru
О компании и услугах. Персональные страницы.
tritment.ru

6.9Kb

a4

25.6Kb

Дизайн и хостинг Р52.РУ
Copyright © «Курьер-Медиа» 2017

Rambler's Top100