русский     english

поиск по сайту:  
Сегодня 20 января 2018 г. суббота
Написать письмоКарта сайтаНа главную
О нас Фотогалерея Обратная связь Контакты
 


belarus

vietnam

moldova

Архив изданий | Нижегородская деловая газета | 2012 год | "Нижегородская деловая газета" № 3 (134) | Политика возвращается в регион. Штрафы растут вслед за ценами. |


Политика возвращается в регион

Как итоги президентских выборов скажутся на политической ситуации в области?

Нижегородская область не выбилась из общероссийского тренда – набранные проценты кандидатов на пост главы государства практически идентичны федеральным показателям. В то же время явка избирателей в Нижегородской области составила 67%, превысив этот показатель по стране. Если воспринимать выборный процесс с позиции партии власти, область сработала на «четверку с плюсом».

Что может ждать область в ближайшие несколько лет? Как известно, реформа политической системы в стране предполагает возвращение выборов губернаторов. Пока неизвестно, будут ли это свободные во всех смыслах выборы или же претендентам на губернаторское кресло для того, чтобы выдвинуть собственную кандидатуру, предстоит получить согласие на это у главы государства (так называемый президентский фильтр)? Например, Борис Немцов, выражающий желание поучаствовать в выборах губернатора Нижегородской области, заявил, что его участие в выборах в силу непростых отношений Немцова и Путина возможно только в том случае, если уберут этот самый президентский фильтр. С другой стороны, действующий губернатор Валерий Шанцев получил мандат доверия у федеральной власти до августа 2015 года, поэтому вправе до окончания названного срока чувствовать себя спокойно. Кроме того, существует большая вероятность того, что если всенародные выборы будут объявлены, Шанцев сам пойдет на них и в 2015 году. И это значит, что политика возвращается на областной уровень.

Наверняка за три года в регионе (или за его пределами) может вырасти достойный соперник Валерию Шанцеву. Во властных коридорах существует устойчивое мнение, что желающих побороться за пост губернатора из числа так называемых «варягов» не так уж много. Всем известно, что Владимир Путин тяготеет к проверенным управленцам, доказавшим свою лояльность ему лично, а Валерий Шанцев, безусловно, относится к стопроцентно путинским выдвиженцам. Другое дело, что несколько месяцев назад в регионе появился новый полпред президента в ПФО Михаил Бабич, который, не исключено, захочет сыграть в Нижегородской области в собственную политическую игру.

С выборами мэров ситуация другая. Если губернаторы будут избираться, то выбираемые узким кругом депутатов мэры, как это происходит сейчас, будут выглядеть анахронизмом. Поэтому, скорее всего, Нижний Новгород ждет возвращение всенародных выборов градоначальника, которые точно не станут выборами с заранее известными результатами, предсказуемой борьбой кандидата от власти с гораздо менее слабыми противниками. Известное недавнее перераспределение нижегородских медиаактивов плюс возросшая активность депутатов думы Нижнего Новгорода, робко пытающихся перекраивать губернаторскую повестку дня, говорит в пользу данной версии.

Поэтому не исключено, что город и область ждет возвращение борьбы властных и бизнес-группировок, которую нижегородцы наблюдали на рубеже 1990–2000-х годов. Борьба эта никуда и не уходила из региона все последние годы, однако велась преимущественно «под ковром». С предполагаемым оживлением политической жизни в стране данное противостояние может выйти на поверхность. При этом остаться в стороне от «военных действий» регионального масштаба у того же крупного бизнеса, видимо, не получится. По одной из версий, в политическую борьбу на местном уровне могут подключиться представители участника президентской гонки Михаила Прохорова. Если Прохоров захочет стать реальным политиком с прицелом на будущее президентство, ему придется формировать среди региональной элиты лояльные группировки и наращивать свое влияние. Другое дело, что Нижегородская область все последние годы негласно считается вотчиной другого крупного отечественного предпринимателя – Олега Дерипаски, с которым у Прохорова отношения прохладные. В этой связи вопрос, насколько далеко захочет и сможет пойти в реализации собственных амбициозных планов Михаил Прохоров в стране в целом и в Нижегородской области в частности, остается пока открытым. Тем не менее уже сегодня понятно, что часть нижегородских предпринимателей в ближайшее время примкнет к политику Прохорову, который (по крайней мере пока) находится под опекой Кремля.

Остальные предприниматели, скорее всего, продолжат держаться проверенной властной связки Путин–Шанцев, гарантирующей стабильность для их бизнеса на нижегородской земле. С другой стороны, партию «Единая Россия» могут в будущем ожидать непростые времена. Только ленивый не заметил, что кандидат в президенты Владимир Путин во время предвыборной кампании, насколько возможно, старался дистанцироваться от «Единой России». Что это было – ловкий тактический ход или растянутые во времени похороны партии власти? Об этом мы узнаем очень скоро.

Василий ШУЙСКИЙ


Штрафы растут вслед за ценами

В управлении Федеральной антимонопольной службы по Нижегородской области подвели итоги работы в прошлом году. На вопросы «НДГ» отвечает начальник управления Михаил
Теодорович.

26.2KbГод назад федеральная антимонопольная служба рапортовала о раскрытии крупного картельного сговора среди российских производителей жидкого хлора. Не выявлено за минувший год похожих махинаций?

– Ситуация такова, что экономика России просто опутана различными картелями. Картель – это тяжелое заболевание, которое может быть хроническим. Однако национальное законодательство является хорошим профилактическим средством для лечения этой болезни. Сегодня в России около десятка дел находятся в стадии уголовного расследования. Эти сюжеты в основном пока начинаются в Москве (речь идет о нефтяных компаниях, государственных преференциях), методологически обосновываются, подкрепляются решениями судов и практикой работы соответствующих комиссий. В результате регионы получают возможность продолжать эту деятельность на местах. Сегодня остаются некоторые сложности со сбором доказательств, поскольку картели, учитывая тяжесть ответственности, не хотят быть обнаруженными. Мы продолжаем взаимодействовать с правоохранительными органами, которые имеют право вести оперативно-разыскную деятельность. Без нас они не смогут довести расследование до конца, так же как мы не можем обходиться без них.

– Как известно, нижегородское предприятие Сибур-нефтехим являлось одним из участников картельного сговора по хлору. Не означает ли данный факт, что вы теперь более пристально следите за соблюдением законодательства именно на этом предприятии?

– Предприятие действительно находится под нашим пристальным контролем. Но, по некоторым косвенным признакам, Сибур-нефтехим сегодня пытается демонстрировать полную лояльность перед контролирующими органами. Такое поведение характерно для тех хозяйствующих субъектов, которых когда-то мы поймали за руку.

– В минувшем году средняя сумма штрафов, наложенных региональным управлением ФАС, превысила 55 миллионов рублей, в то время как в 2010 году аналогичный показатель был существенно меньше – менее 9 миллионов рублей. Почему такой рост? Каковы средние размеры штрафов, которые накладывает антимонопольное управление на нарушителей антимонопольного законодательства?

– Размеры штрафов могут быть очень большими, но мы стараемся не злоупотреблять своими полномочиями. В нашу задачу не входит приведение того или иного предприятия к банкротству, а лишь пресечение нарушения законодательства под угрозой наложения существенных штрафов. В прошлом году наибольший штраф мы наложили на предприятие ЛУКОЙЛ-Волганефтепродукт в сумме 46 миллионов рублей. Указанный штраф в настоящее время уплачен в казну. Между тем дело находится на рассмотрении в судах кассационной инстанции и окончательное решение будет принято, скорее всего, в апреле этого года. Минимальные штрафы, которые положены за те или иные нарушения антимонопольного законодательства, иногда превышают разумные границы. Однако должностное лицо не имеет права назначить штраф ниже низшего предела.

Например, в уголовном праве судья имеет право назначить наказание ниже низшего предела. В административном праве это невозможно. Хотя с точки зрения антимонопольного законодательства хотелось бы, чтобы такое право у нас появилось.

– Меняется ли рынок розничной продажи моторного топлива в регионе в сторону ужесточения конкуренции между субъектами этого рынка?

– Рынок растет и перераспределяется. В частности, сегодня в регион заходит новый игрок – Газпромнефть. Наверное, это неплохо, по крайней мере теоретически. Вместе с тем нас радует, что не произошло потерь среди независимых трейдеров, не входящих в систему вертикальных компаний. Наличие таких субъектов – признак благополучия рынка. Минувший год оказался в этом смысле достаточно успешным, поскольку мы удержали региональный рынок нефтепродуктов в том виде, в котором он сложился.

Заход Газпромнефти на нижегородский рынок означает, что они покупают здесь заправки, создают сеть, которая получает топливо от источников Газпромнефти по их вертикали распределения. В то же время каких-то существенных изменений на региональном рынке с приходом Газпромнефти не произошло. Кроме региональной розницы, существует оптовая продажа, которая сосредоточена на федеральном рынке. Там происходят какие-то движения, которые проецируются на розницу. Мы их видим, но изменить, к сожалению, не можем.

– Почему дизельное топливо, которое по качеству ниже, чем бензин, текущей зимой нередко стоит выше, чем самые высококачественные сорта бензина?

– Мы очень серьезно касались этой темы в связи с поручением президента. Такая ситуация была всегда, просто на нее раньше меньше обращали внимания. На рынке представлено несколько сортов дизельного топлива с разной степенью морозостойкости по разным ценам. Морозостойкое топливо (пресловутая «Арктика») поставляется на рынок не всеми нефтеперерабатывающими заводами. Топливо должно соответствовать погоде. Однако в морозы поставщики обнаруживают, что сами не производят морозоустойчивое топливо, и начинают его лихорадочно завозить. Тогда цена на дизельное топливо растет с учетом логистической составляющей, которая может доходить до рубля на литр. Мелким трейдерам вписываться в эту ситуацию особенно трудно, поскольку они берут такое топливо «с колес», где найдут. И когда продажа идет по коротким контрактам в малых объемах, надбавка становится особенно высокой. Мы видели, что некоторые хозсубъекты рынка пытались продавать дизельное топливо по цене 32 рубля за один литр. Каждый такой факт тщательно исследовался, но злого умысла мы не находили. Просто была некая игра рыночных сил. В результате регулятивных мер ситуацию удавалось достаточно быстро нормализовывать. Делалось это очень просто: в конце концов на рынок заходили хозсубъекты с более либеральными ценами на дизельное топливо. И потребитель от этого только выигрывал. Сейчас цены на дизельное топливо фактически стоят.

– Должно ли антимонопольное ведомство осуществлять жесткий контроль за деятельностью так называемых естественных монополий? Порой складывается впечатление, что данным хозяйствующим субъектам рынка вообще никто не указ, настолько по-хозяйски они себя чувствуют в любой сфере!

– Мы хотим влиять на стратегию поведения и механизмы ценообразования естественных монополий, стремимся, чтобы эти механизмы были более прозрачными. Например, мы хотим, чтобы тарифы в жилищно-коммунальной сфере подвергались независимому экономическому аудиту. Чтобы потребители видели, какова структура цены за воду, газ и свет, из чего она складывается, какова норма прибыли и как она достигалась, нет ли на рынке других, более выгодных для потребителя предложений. Конечно, есть масса эпизодов, когда естественные монополии делают что-то не так: отказывают в технологическом присоединении или побуждают к каким-то действиям, которые ущемляют интересы потребителя.

– Каким образом ваша служба может влиять на тарифы, которые устанавливают совершенно другие инстанции: государственные комиссии по тарифам – федеральная и региональные?

– Существует два подхода к этому вопросу. Первый подход отдает бразды правления региональной службе по тарифам. При этом антимонопольный орган не может давать переоценку принятым тарифам. Другая позиция говорит о том, что антимонопольный орган все-таки может провести проверку. Пока окончательного решения не принято, вопрос остается дискуссионным. Однако в федеральном законе «О защите конкуренции» существует правовая норма, которая гласит, что цена не может быть признана монопольно высокой или монопольно низкой, если она установлена регулирующим органом. Пока мы исходим из данной правовой нормы. С другой стороны, у некоторых других региональных антимонопольных управлений имеется опыт, когда антимонопольщики определяют, есть ли какие-то затраты, которые необоснованно учтены при утверждении тарифа. Возможно, скоро такой контроль станет общепринятой практикой.

Сергей Анисимов




 

6.9Kb

a4

25.6Kb

Дизайн и хостинг Р52.РУ
Copyright © «Курьер-Медиа» 2018

Rambler's Top100